ночью плакали избы днём плакали избы языка не бывает ворочаясь куст вылетает из земли и пахнет под одеялом берёзы тянется буква ё за щекою как за радугой или рудой счастье
господи, господи, избавь меня от всего сущего господи, все реки, все реки завалены льдом господи, охапками несут к тебе воду охапками и за горизонт господи, вот вторник, вот среда берестяные туфли, футболка, список таков
вспросоня вспоминаю белое иззади
помочиться на белый ковер мох зелен и всполохи а так по колено
меж тем отодвигаю границы цветных дней здесь прописывать лекарства и вставать утром зна¤ приход и ухо рот глаз бежать плыть отодвига¤ политику на самый край но так плыть чтоб бежать намылив скользить и по полу меж тем отодвигаю границы цветных дней здесь прописывать лекарства и вставать утром зная приход и ухо рот глаз бежать плыть отодвигая политику на самый край но так плыть чтоб бежать намылив скользить и по полу тишина как последняя тать тать как последняя тишина пыль со слов скатывается пыль и акулой в рот но не влети но в ухо перепись Все валяются переодически слышен храп и суховей ветер метет из углов и кроны деревьев посыпаны как из урны твоими ногтями читать по бумаге это переписывать или слизь но по рукам а если обосраться то и всем ногами летит переписываю с виду дельтаплан и отсылка к блоку блохи выжрали дно праздную уходящие перспективы и туман свалить но так чтобы в углу оставалось место для птиц сверлить но так чтобы пропускная способность не утратила ядра сок и борзые собаки смерь и сапоги сосульки крабы грибы и радости простуда как состояние прививка от степеней сравнения прилагательных его руки прохлынули а я сидел и плакал речитативы монстра из угла где насрано для птицы места все же но пишу и знаю что вычищаю порой ей не удушливо как и мне Восьмое письмо читаю и всхлипываю на подушке перья и раковины море нахлынуло грусть и радости повторяю радости но кажусь себе а перед глазами нарвская сыпет комьями снег и радости в глазах радости и рядом радости блевота мышц и зевота радостей в щеку тоже сосет пунктум радости сверху откуда то тянутся сопли радости перестраховаться и мыться в дальнем углу вижу волосы перестраховаться как трахаться на лугу и в кустах а получается большая проза Милый друг писать ничего не буду упаду так не встать а тебе так как лучшему но не лучезарному лучезарный в цепях и свастиках по мне текут реки в складках развалины обнуление единиц с неба в этот вечер так не торопись и ходись на празднике холокост мертв и мнимые друзья его тоже умерли кажется что вот вот вылетит птица петь и плясать поэму для блаженного вроде тебя по вечерам здесь холодно как в романе меня метет метлой прощаться это как встарь но странствия ни к кому хорошему больше не тянут